Витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

Функциональное соответствие

В: Каково различие между верхним и нижним правыми секторами? Вы сказали, что условия истинности в них различны.

КУ: Верхний правый сектор — внешнее пространство индивидуумов, нижний правый сектор — внешнее пространство систем. Поэтому принципом верхнего правого сектора является истина высказываний в самом строгом смысле: суждение относится к единственному факту. Но в нижнем правом секторе, суждение относится к социальной системе, главным критерием в которой является функциональное соответствие, или взаимодействие различных холонов в общей объективной системе.

В: Но разве нижний левый сектор не говорит также о системах? Вы утверждали, что культурное соответствие — это приспособление человека к общему культурному фону. Разве это не та же самая теория систем?

КУ: Нет, это не так, и причина, по которой это не так, вся история восстания постмодернизма против модернистской культуры эпохи Просвещения. В некотором смысле, революция постдекартовской науки ясно указывает на то, почему теория систем является только новым проявлением картезианского дуализма в его худшем варианте. Понимание этого составляет самую сущность эволюции к эпохе постмодернизма.

В: Давайте углубимся в этот вопрос, потому что он, очевидно, противоречит тому, что говорят сами теоретики систем. Они утверждают, что они преодолевают фундаментальную парадигму Просвещения.

КУ: Как раз наоборот. Фундаментальная парадигма Просвещения, как мы уже видели, была парадигмой представления, картографии, монологического взгляда, и теоретики систем только продолжают ее еще дальше. Они не преодолевают ее, они клонируют ее.

Верно, что и правый, и левый нижние секторы имеют дело с «системами» в широком смысле этого слова, потому что нижняя половина связана с коллективным измерением. Но нижний левый сектор описывает эти системы изнутри, с внутренней стороны. В него включаются сознание, ценности, мировоззрение, этика, коллективные личности. А нижний правый сектор описывает систему в объективных, или внешних, терминах извне. Для него не важно, как коллективные ценности интерсубъективно передаются во взаимном понимании. Скорее в нем требуется знать, как объективные выражения этих ценностей функционально согласованы в общей социальной системе, имеющей простое и однозначное положение в пространстве.

Итак, в теории систем вы не найдете ничего об этических стандартах, интерсубъективных ценностях, моральных предпочтениях, взаимном понимании, правдивости, искренности, глубине, целостности, эстетике, интерпретации, герменевтике, красоте, искусстве, возвышенном. Откройте любое исследование по теории систем, и вы не найдете даже упоминания о чем-то подобном. Все, что вы найдете, — объективные, или внешние, формы всех этих внутренних феноменов. В теории систем вы можете найти биты информации, переносимые по каналам связи, кибернетические системы обратной связи, процессы внутри процессов динамических сетей, созданных монологическим взглядом, точки внутри множества точек бесконечных процессов, каждая из которых имеет простое местоположение, но не в индивидууме, а в социальной системе и в совокупности объективных процессов.

И все это истинно! И все это совершенно не учитывает внутреннее пространство в его собственных терминах, действительно пережитый опыт, ценности и «жизненное пространство», уделяя все внимание коллективной правой стороне и полностью разрушая левую сторону.

В: Но почему вы не можете просто сказать, что теория систем — это объективная реальность, а субъективные аспекты являются просто ее частями, частями общей сети. И эта сеть, по определению, включает в себя все.

КУ: По внешнему определению! Эта общая сеть всегда имеет простое и однозначное положение! В системном подходе раскол между субъектом и объектом «устраняется» путем сведения всего субъективного мира к объектам в «холистической» системе. То есть происходит редукция (сведение сложного к простому) всех субъективных и интерсубъективных феноменов до интеробъективного соответствия, функционального соответствия, монологического соответствия.

А это и есть фундаментальная парадигма Просвещения. Именно поэтому многие теоретики, например, Тэйлор, Фуко и Хабермас, указывали на то, что теория систем есть только продолжение того же самого редукционистского кошмара — все явления из левой стороны сведены к явлениям правой стороны и включены в общую систему, общую сеть.

В: Вы называете это тонким редукционизмом.

КУ: Да, тонкий редукционизм. О полном редукционизме мы уже все знаем: он сводит все явления к уровню атомов верхнего правого сектора. Это очень грубый подход. Тонкий редукционизм активно борется с таким подходом. Но эта борьба немедленно принимает форму тонкого редукционизма: все аспекты левой стороны сводятся к соответствующим им правосторонним феноменам. На правой стороне господствует общий принцип функционального соответствия и системный подход, поэтому кажется, что в итоге получается очень целостный и комплексный метод. Но при этом происходит разрушение всего внутреннего мира Космоса, жизненного пространства всех холонов.

Объективные системы и системы систем — атомы являются частями клеток, клетки являются частями организмов, организмы являются частями экосистем, экосистемы составляют биосферу, и так далее. Другими словами, функциональное соответствие. Условие истинности нижнего правого сектора заключается в том, как индивидуальные холоны функционально вписываются в целостную систему, как каждый занимает свое место во взаимосвязанной сети, являющейся первичной реальностью. Поэтому представитель теории систем всегда говорит о коллективных системах — Гея, экосистема, взаимосвязанная сеть взаимодействий, сеть жизни, карта информационных потоков, созданная объективными методами, планетарная федерация или глобальная сеть, и так далее. Все выражено в объективных и монологических терминах.

Все это истинно, но все это совершенно не учитывает левостороннего измерения. Так что представители теории систем успешно борются с грубым редукционизмом, но они не могут ни на шаг выйти за рамки монологического безумия тонкого редукционизма, который, как более чем ясно показали недавние исследования, является подлинной основой мировоззрения эпохи Просвещения.

В: Теория систем действительно претендует на то, чтобы быть монологической наукой.

КУ: Да, и мы даже не спорим с ними. Их подход полностью правилен. И это уже говорит о многом.

В: Будет ли различие между левым нижним сектором и его принципом культурного соответствия и правым нижним сектором с его принципом функционального соответствия таким же, как у двух подходов к Танцу дождя?

КУ: Да, оно очень похоже. Левосторонний подход к изучению сообществ предполагает как наблюдение, так и участие, и пытается понять явление изнутри. Помните о том, что критерием истинности в нижнем левом секторе является взаимное понимание? И вы будете пытаться осуществить его, становясь участвующим в процессе наблюдателем. Вы пытаетесь проникнуть к внутреннему смыслу, разделяемому сообществом. И вы понимаете его только в том случае, если воспроизводите культурное соответствие: понимание значения танца основано на том, как он вписывается в общий фон культурных ценностей и методов. И участвующий наблюдатель, герменевтический интерпретатор мог бы понять, как мы уже говорили, что Танец дождя — часть священного ритуала почитания природы. Это его внутреннее значение, которое вы понимаете, погружаясь непосредственно в культурный фон этого сообщества. Он дает вам единое жизненное пространство или общий контекст, по отношению к которому вы теперь можете делать точные интерпретации.

А обычный классический ученый или обычный представитель теории систем не будет интересоваться ничем подобным, его не интересует внутреннее значение ритуала. Теорию систем скорее волнует функция этого танца в общей социальной системе. То, что означает этот танец для исполняющих его людей, не столь важно. Действительно важно, с точки зрения теории систем, что танец является частью объективной социальной системы, и эта объективная система разными способами влияет на поведение его индивидуальных участников. Подлинная функция танца — обеспечить автоматическое самовоспроизводство системы. Танец, таким образом, является одной из попыток системы общества поддержать свою целостность, свое функциональное единство. И именно эту задачу выполняет коллективный ритуал, вокруг которого организуется социальное единство. Это можно понять, наблюдая танец с объективистской, «эмпирической» или позитивистской позиции, объективной и монологической.

В: Но, как я полагаю, вы снова не считаете один из этих подходов правильным, а другой неправильным.

КУ: По-моему, они оба являются правильными. Один подход исследует социокультурные холоны изнутри, а другой извне. Один изучает культурное соответствие феноменов во внутреннем пространстве — наше взаимное понимание или интерсубъективность; другой — функциональное соответствие объектов в целостной объективной системе, интеробъективность. Один использует герменевтику, или интерпретацию внутренней глубины, другой пользуется методом эмпирически-аналитического наблюдения, или объективного анализа наблюдаемого поведения. «Что это значит?» против «Как это действует?»

Оба эти подхода имеют право на существование, они взаимосвязаны друг с другом. На самом деле, это левая и правая руки Духа, который проявляет себя в мире коллективного. Но, увы, эти две академические дисциплины не могут хорошо уживаться друг с другом, и этой ненужной борьбы мы вполне могли бы избежать.